Лидер партии «Наш дом Израиль» Авигдор Либерман заявил, что ещё за несколько лет до нападения ХАМАСа 7 октября 2023 года предупреждал руководство страны о грозящей катастрофе, но его выводы были проигнорированы. Об этом он рассказал на встрече с рксскоязычными журналистами в Тель Авиве, которая прошла в четверг, 14 ноября. В ходе беседы он где подробно вспомнил свою отставку с поста министра обороны и раскритиковал нынешнюю политику безопасности и внутреннего управления.
Отставка в знак протеста против капитуляции перед террором
Либерман напомнил, что ушёл в отставку с поста министра обороны 14 ноября 2018 года — на следующий день после заседания военного кабинета.
По его словам, 13 ноября 2018 года с девяти утра до трёх дня кабинет обсуждал очередной раунд обстрелов из сектора Газа. ХАМАС тогда выпустил по югу Израиля более 500 ракет, включая прямое попадание в Беэр-Шеву. Либерман, занимавший пост министра обороны, требовал проведения широкомасштабной операции в секторе Газа с целью свержения режима ХАМАС.
Премьер-министр Биньямин Нетаниягу продвинул противоположное решение — соглашение о прекращении огня.
«Я настаивал на широкомасштабной операции. Нетаниягу провёл прекращение огня. Более того, именно тогда впервые была озвучена политика так называемого “умиротворения” — перевода наличных катарских денег ХАМАСу», — напомнил Либерман.
Речь идёт о политике, при которой наличные деньги из Катара ввозились в сектор Газа с согласия Израиля. В тот же день кабинет принял решение о прекращении огня с ХАМАСом.
Утром 14 ноября 2018 года Либерман созвал пресс-конференцию, объявил об отставке и назвал прекращение огня «капитуляцией перед террором».
«Вы покупаете спокойствие на короткий срок ценой колоссального ущерба национальной безопасности», — заявил он тогда и повторил эту формулу сейчас.
Секретный документ 2016 года и прогноз, который сбылся почти дословно
Либерман сообщил, что ещё 21 декабря 2016 года передал Нетаниягу, начальнику Генштаба Гади Айзенкоту и главе военной разведки Херци Халеви секретный документ на одиннадцати страницах с анализом ситуации в секторе Газа.
В этом документе он прогнозировал, что ХАМАС готовится к полномасштабной операции против Израиля: вторжению на территорию страны, захвату населённых пунктов, взятию заложников, шоку израильского общества и провалу концепции «линий безопасности».
«Я говорил, что осенью 2022 года ХАМАС начнёт широкое вторжение, захватит поселения, возьмёт заложников. Я ошибся на год. Не учёл корону. Это произошло в октябре 2023 года, а не в 2022-м. Но всё остальное сбылось с точностью до одного», — подчеркнул он.
По словам Либермана, годами руководство Израиля находилось «в плену концепции», согласно которой ХАМАС якобы не заинтересован в войне и играет роль сдерживающего фактора по отношению к другим угрозам.
«К сожалению, оказалось всё с точностью до наоборот», — констатировал он.
7 октября: «Телефон выпал из рук», а правительство «до обеда не понимало, что происходит»
Либерман рассказал, что первый звонок о событиях 7 октября 2023 года получил в 6:35 утра.
«У меня буквально выпала трубка из рук. Я понял, что началось», — признался он.
По его словам, из опубликованных впоследствии протоколов и дневников вытекает, что правительство Израиля, включая премьера, осознавало масштаб происходящего только к четырём–пяти часам дня.
«Представьте себе: всё начинается в половину седьмого утра, а реально понимать, что происходит, начинают к четырём–пяти дня. Это не просто провал, это крушение системы», — сказал Либерман.
«Чувствую себя Кассандрой»: почему предупреждения не сработали
Отвечая на вопрос о личных переживаниях, Либерман признался, что до 7 октября спал спокойно «сосчитав до одного», даже в периоды судебных разбирательств против него.
«Начиная с 7 октября 2023 года я всё время задаю себе один и тот же вопрос и не нахожу ответа: почему мне не удалось убедить ни общественное мнение, ни коллег по кабинету? Были факты, цифры, надёжные источники, чёткие разведданные. Почему не удалось?» — сказал он.
Он сравнил себя с Кассандрой, которая предупреждает, но не может достучаться до сознания людей.
«Ты говоришь, предупреждаешь, а до сознания это не доходит. Это для меня сегодня главная боль», — признал политик.
Безопасность на местах: где спаслись те, кто не ждал приказов
Отдельно Либерман остановился на примерах населённых пунктов, которые, по его словам, уцелели 7 октября именно потому, что местные руководители действовали вопреки указаниям сверху.
Он привёл в пример кибуц, где ответственная за безопасность Инбаль Либерман приказала всем занять позиции и вооружиться, несмотря на указания армии. Когда боевики подошли, обороняющиеся уже были на позициях и смогли отбить нападение.
Другой пример — Нетивот, мэр которого заранее создал собственную военизированную дружину, оснащённую системой камер по всему городу. При первых признаках атаки жители, служившие в боевых частях ЦАХАЛ, вышли на позиции и не дали террористам войти в город.
«Там, где принимали решения вопреки позиции армии и полиции, люди выжили. Это надо запомнить», — подчёркивает Либерман.
«Раненый зверь опаснее всего»: незавершённые войны и 30 тысяч боевиков в Газе
Либерман утверждает, что Израиль систематически оставляет операции «незавершёнными» — в Газе, в Ливане, в Иране.
«Более опасного зверя, чем раненый зверь, не бывает. В Иране не довели до конца, в Газе не довели до конца, в Ливане не довели до конца. И теперь мы живём с последствиями», — сказал он.
По его словам, сегодня в секторе Газа в распоряжении ХАМАСа и «Исламского джихада» находятся более 30 тысяч боевиков, «вооружённых до зубов». Либерман утверждает, что на недавних кадрах, где боевики спускаются в туннели и вытаскивают останки израильского солдата, видно, что они экипированы на уровне «лучших элитных подразделений ЦАХАЛа».
Он резко раскритиковал решение об освобождении двухсот террористов, окружённых в районе Рафиаха, под международным давлением.
«У этих людей должно быть только две опции: сдаться и сесть в тюрьму в Израиле или погибнуть. Выпускать их — немыслимо», — заявил Либерман.
Международные силы в Газе: «полное безумие»
Либерман выступил и против идеи введения в сектор Газы международных сил под эгидой ООН или других структур.
Он напомнил опыт 1967 года, когда войска ООН были выведены из зоны между Израилем и Египтом по требованию Насера, что стало прологом к Шестидневной войне, а также критикуемую им роль сил ЮНИФИЛ в Южном Ливане, которые, по его мнению, «скорее мешали израильской армии, чем помогали».
«Если они зайдут в сектор Газы, единственное, что они будут делать, — мешать нашей армии действовать свободно», — сказал Либерман.
Главная задача — смена режима в Иране
С точки зрения стратегической безопасности, Либерман назвал приоритетом смену режима в Иране.
По его словам, иранский режим «повис в воздухе»: крупнейшие банки на грани банкротства, экономика в тяжёлом состоянии, а главная проблема — нехватка воды. В качестве контраста он напомнил, как Израиль, благодаря программе опреснения, избавился от угрозы засухи, когда он сам занимал пост министра инфраструктуры.
«Если бы я был главой правительства, я бы сказал главе «Мосада»: у тебя одна задача — добиться смены режима в Иране. Это ключ к решению проблем на севере и в Иудее и Самарии», — заявил Либерман.
Всеобщий призыв: «без этого не будет сильного государства»
Отдельный блок выступления Либерман посвятил идее всеобщего призыва и критике разрастающегося «государства в государстве» в ультраортодоксальном секторе.
Он напомнил, что партия НДИ продвигает закон о всеобщей обязанности службы, который распространяется на всех: евреев, мусульман, христиан, друзов и черкесов. В восемнадцать лет каждый обязан явиться в военкомат: армия отбирает нужных ей для военной службы, остальные направляются на гражданскую.
Либерман подчеркнул, что в Израиле остро не хватает рабочих рук — только пожарных, по его словам, недостаёт около 1700 человек.
«Места хватит всем. Нельзя, чтобы государство оплачивало невежество и освобождало целые сектора от обязанностей», — заявил он.
Он раскритиковал систему, при которой ультраортодоксальное общество живёт по отдельным нормам: свои больницы, детские сады, школы, кашрут, раввинские суды.
«Это реальное государство в государстве. Так дальше продолжаться не может», — подчеркнул Либерман.
По его словам, армия должна оставаться главным «плавильным котлом» общества, где формируется единая шкала ценностей.
Лишить дезертиров права голоса
Помимо всеобщего призыва, Либерман предложил ужесточить отношение к уклонистам и дезертирам.
Он выступил за то, чтобы не тратить ресурсы на массовые посадки в тюрьмы, а лишать дезертиров права голоса — по аналогии с практикой ряда демократических стран.
«Гораздо проще лишить права голоса, чем строить новые тюрьмы и кормить сидящих там. Все, кто не явился в военкомат без законных оснований, должны понимать цену такого решения», — сказал он, добавив, что уже попросил юридичесского советника своей партии изучить соответствующее законодательство Великобритании и США.
Смертная казнь для террористов: «не массовый, но необходимый инструмент»
Либерман напомнил, что инициировал закон о смертной казни для террористов ещё в 2015 году, и этот пункт был включён в коалиционное соглашение между НДИ и «Ликудом». Но Нетаниягу, в нарушение договора, по словам Либермана, целенаправленно законопроект торпедировал.
«Это не закон для массового применения. Но государство обязано иметь такой инструмент для крайних случаев зверских, животный по сути, убийств», — пояснил он и привёл пример резни семьи Фогелей, когда были убиты родители и маленький ребёнок.
Он отметил, что сегодня террористы, приговорённые к пожизненным срокам, живут с осознанием: рано или поздно кто-то похитит солдата, и их имена окажутся в списках на обмен.
«Это тот самый случай, когда смертная казнь может и должна применяться», — резюмировал Либерман.
Критика коалиции: «три партии — и женщины там на уровне Талибана»
Либерман вновь обрушился с критикой на ультраортодоксальные партии, продвигающие, по его словам, этническую и религиозную поляризацию. Он указал, что в мире есть всего три партии, где женщины фактически лишены права представительства: «Яадут а-Тора», ШАС и Талибан.
Он также выступил за отмену института двух главных раввинов — ашкеназского и сефардского — и переход к единому раввинату с общей шкалой норм.
Закон об амнистии и Нетаниягу: «Израиль пока ещё страна закона»
Отвечая на вопрос о возможной амнистии для Нетаниягу по просьбе президента США Трампа, Либерман напомнил, что процедура в Израиле чётко прописана: для амнистии нужно признать вину, подать официальную просьбу и отказаться от занимаемой должности.
«Ни один из этих трёх пунктов Нетаниягу выполнять не готов. Так что в реальности говорить не о чем», — заявил Либерман.
При этом он добавил, что если бы премьер согласился уйти с поста в обмен на амнистию, «это было бы прежде всего хорошо для Государства Израиль».
«Страна выстояла благодаря частному сектору»
Говоря об уроках войны, Либерман подчеркнул роль гражданского общества и частного бизнеса.
Он напомнил, что в первые дни после 7 октября не хватало бронежилетов, касок, беспилотников, экипировки и даже еды. Всё это, по его словам, обеспечили частные пожертвования и добровольческие инициативы, когда люди «буквально брали шефство» над армейскими частями и пострадавшими общинами.
«Израиль выжил прежде всего благодаря мощнейшему частному сектору и обществу, которое умеет сплачиваться. На этом фундаменте можно заново построить государство», — подытожил лидер НДИ.
Что дальше?
Либерман уверен, что первое, что должно сделать следующее правительство, — это создать государственную комиссию по расследованию событий 7 октября и принять закон о всеобщем призыве.
«Самая главная задача — вернуть единство нации. Без этого не будет ни сильного государства, ни настоящей безопасности», — заключил он.
Телеграм-канал: https://t.me/+_BICEry0pE5jZDU8
Группа в вотсапе: https://chat.whatsapp.com/Fzr6Qi1ThbwEqy4V0hid6l
