Разделы

пятница, 26 июня 2015 г.

Демократия по-обезьяньи

Фото: Михаил Фейгин
Павианы анубисы, обитающие в Центральной Африке, живут строго иерархичными сообществами. Это значит, что каждая особь занимает определённый социальный уровень, и те, у которых уровень пониже, подчиняются тем, у кого уровень повыше. Павианы, стоящие на самом верху социальной пирамиды, размножаются и питаются в своё удовольствие, остальным же приходится во всех смыслах кормиться остатками с барского стола. Такая «вертикаль власти» – вообще довольно распространённое явление в животном мире вообще и у приматов в частности, павианы здесь не исключение.

Но в действительности социальное устройство анубисов более гибкое: жёсткая иерархия смягчается возможностью «народного волеизъявления». Выяснить это удалось с помощью GPS-датчиков, которыми снабдили 25 живущих на воле обезьян. В течение 14 дней зоологи следили за всеми перемещениями павианов – поскольку датчики фиксировали именно местоположение животного, у исследователей на руках оказалось 20 млн «точек». Объём информации колоссальный, однако именно так и удалось проследить как за коллективными перемещениями стаи, так и за индивидуальным поведением того или иного её члена: когда он ел, когда играл, и т. д...


Понятно, что для анализа данных требовались специальные компьютерные программы, позволяющие отличить индивидуальное поведение от коллективного. Ключевой особенностью работы стало то, что её авторы вычислили парные перемещения павианов. Например, если кто-то начинал идти в одну сторону, то второй мог или последовать за ним, или пойти в своём направлении – а первый, в свою очередь, мог решить, идти ли ему, куда начал идти, или всё-таки присоединиться к соседу. Раньше, без GPS и методов обработки такой информации подобный анализ был невозможен, соответственно, многие особенности поведения животных просто выпадали из поля зрения зоологов.

В статье в Science Дэмиен Фарин (Damien Farine) из Смитсоновского института и его коллеги пишут о том, что решение, куда им дальше пойти, бабуины принимали все вместе – несмотря на внутреннюю иерархию. То есть, если достаточное число обезьян делали шаг примерно в одну сторону, то вся стая направлялась туда же. Конечно, отдельные индивидуальные направления у «инициативной группы» всегда отличаются, но выбор при этом происходит по некоторому средневзвешенному вектору движения.

Важно, что главным оказывалось не мнение «руководства», а мнение большинства: если «главный» идёт в одну сторону, а пятеро «подчинённых» – в другую, то остальная стая присоединяется к пятёрке.

То же самое происходит в рыбьих косяках, стаях птиц и насекомых, однако у бабуинов социальная структура очерчена сильнее, так что увидеть такое проявление демократии у них никто не ожидал. Однако именно простое согласие с большинством позволяет быстро и безболезненно принять решение, а не топтаться на месте, выясняя отношения – было бы странно, если бы приматы этого не поняли.

Ещё раз подчеркнём, что речь идёт не о противостоянии альфа-особи всем остальным: выбор направления движения происходит, если можно так сказать, через подсчёт тех, кто собрался идти примерно в одну сторону, и тех, кто собрался идти в совсем уж другую сторону. Но, конечно, если и бывает так, чтобы одновременно шесть или семь обезьян встали и куда-то направились, то довольно редко. Обычно всё-таки с места поднимается кто-то первый, и здесь было бы интересно выяснить, что побуждает №2, №3 и т. д., глядя на кого-то, тоже начать движение. Не исключено, что отдельные индивидуумы могут как-то влиять на мнение, перетягивая его в свою пользу.

Стоит добавить, что иерархическая организация сообщества не обязательно влечёт за собой постоянные драки и скандалы – во всяком случае, если говорить об обезьянах, то они стараются скандалов всячески избегать. Здесь можно вспомнить опыты зоологов из Страсбургского университета, которые обучали зелёных мартышек открывать ящик с едой, однако обучали при этом только одну мартышку из группы, да и то низкого ранга. Оказалось, что высокоранговые особи, даже понимая, что в ящике есть еда, соглашались на то, чтобы его открыл «подчинённый», и, более того, начальству было не зазорно спокойно понаблюдать за действиями «подчинённого», чтобы самому научиться доставать угощение.

Другой пример смягчения иерархических порядков демонстрируют капуцины, у которых подчинённые самцы объединены с дружескую социальную сеть с альфа-самцом, так что он оказывается «первым среди равных», а мужская часть стаи формирует нечто вроде мужского клуба с председателем, который всех устраивает.

Стремление как-то сгладить, уйти от жёстких правил обычной иерархической пирамиды вполне объяснимо: такая социальная организация в чистом виде означает стресс для всех её членов. Несколько лет назад приматологи из Принстонского университета опубликовали статью, в которой утверждали, что альфа-самец у жёлтых павианов подвергается такому же стрессу, что и самые «нижние чины» в его стае. Возможно, что вообще у всех обезьян, живущих сообществами, социальное устройство допускает совмещение демократического выбора с иерархической пирамидой – чтобы можно было бы избежать ненужных скандалов и драк, тем самым повысив себе «качество жизни».

Кирилл Стасевич, nkj.ru

Комментариев нет:

Отправить комментарий